— Я вижу сильнейших и умнейших людей из всех, живших когда-либо, — говорит он, и его лицо обрамлено светом звёзд из окна водителя. — И эти люди заправляют машины бензином и обслуживают столики.

Силуэт его лба, его бровей, спуск его носа, пластичный профиль его рта, шевелящиеся губы, — всё это очерчено чёрным посреди звёздного света.

— Если бы мы могли поместить этих людей в тренировочные лагеря и завершить их развитие.

— Всё, что делает пистолет — это фокусирует взрыв в одном направлении.

— Получаем класс молодых сильных мужчин и женщин, которые хотят посвятить чему-то свои жизни. Реклама навязывает этим людям погоню за машинами и тряпками, которые им не нужны. Поколения работают в дерьме, чтобы купить дерьмо, им не нужное.

— В нашем поколении у нас нет ни великой войны, ни великой депрессии, но всё равно, у нас есть великая духовная война. У нас есть великий переворот против культуры. Наша депрессия — наша жизнь. Наша депрессия духовна.

— Мы должны показать этим мужчинам и женщинам свободу, порабощая их, и показать им смелость, запугивая их.

— Наполеон хвалился, что может выучить людей жертвовать жизнью ради обрывка ленты.

— Представьте, как мы объявим забастовку, и никто не станет работать, пока мы не перераспределим мировые ценности.

— Представьте, как охотитесь на лосей в пропитанных влагой лесах, окружающих руины Рокфеллер-Центра.