— Ладно, мальчик, главное в жизни — политика, — рассудительно заявила Надя, почесав ягодицу. — Только борьба, война и победа способны осуществить мужскую мечту о власти, женщине и вечности. Мой же удел — яйца, и я их буду жарить и жарить. Ты слышал последние известия? Советская Депия рассыпается, словно высохший скелет огромного безобразного динозавра, и даже армия ничего не может сделать, поскольку она в первую очередь отражает всю ненависть разных наций к разным нациям. Какому болвану пришло в голову соединять чучмеков и греков? Я предвижу смерть.

— Да брось ты! — пискнул Софрон, щелкнув пальцами. — Все это надоело; это — бабьи, кухонные разговоры. Все будет нормально: у нас есть выход к морю! Мы убьем всех красных и растопим вечные льды. Может быть, мы станем штатом США. Или поднимем древний флаг. Близится новое время! Сегодня иду на сбор. Что же касается болванов, то это называется история человечества; и этот предмет всегда вызывал уважение в мудрых головах великих людей. Ясно?

— Говно это, а не история, — ожесточенно произнесла Надя, снимая сковородку с конфорки, — всех перережут. Ни у кого не написано на лбу — коммунист он, еврей, или нормальный.

— Да мы — русские! — расхохотался Софрон, ударив себя по животу в предвкушении завтрака.

— Хрена! — сказала Надя. — Я — коми, а ты — вообще непонятно кто.

— Это — бред, — убежденно проговорил Софрон, — все будет чудесно, как всегда. Победит общая якутская нация. Возникнет новая раса солнечно-северных людей. Советская Депия родит новую Якутию. Гора родит землю обетованную; из дерьма возникнет Бог! Армия будет с нами; она не захочет самоуничтожиться из-за каких-то различий носов, или характеров. Все эти народы вольются в одну большую якутскую семью; и ореол великого будущего воссияет над этой радостной, счастливой страной!

— Да ты — коммунист, Софочка! — рассмеялась Надя, поставив перед Жукаускасом тарелку с глазуньей из двух яиц. — Ты просто настоящий красный!